Как Жуков собирался начать войну 22 июня

АНОТАЦИЯ на книгу «АДВОКАТЫ ГИТЛЕРА»

Если в предыдущей книге «Кто «проспал» начало войны» тема приведения или не приведения войск западных округов в боевую готовность за несколько дней до 22 июня рассматривалась на примере мемуаров, документов и протоколов допроса командующего ЗапОВО Павлова, то настоящее издание рассматривает то, как события 22 июня описываются современными авторами. Теми, которые определяют своё отношение к Верховному Главнокомандующему словами героя Фрунзика Мкртчана из к/ф «Мимино»: «Такую личную неприязнь я испытываю к потерпевшему, что даже кушать не могу». И теми, кто вроде как пытается показать своё положительное отношение к «тирану». Здесь будут рассмотрены теории превентивных и прочих ударов Сталина по Германии и Европе, появившиеся как бы в противовес «теориям» В. Резуна, хотя, впрочем, версия Резуна, в принципе, особо и не спорит с официальной в плане «агрессивных намерений» Сталина. Ведь наши официальные историки типа бывшего директора Института российской истории РАН А. Сахарова или телеисторика Н. Сванидзе совершенно сходятся с «резунами» в главном — Сталин «собирался нападать на Европу», и весь Запад, если и не 23 июня, то точно в 1942 году, напал бы. И вообще, и Сталин, и его нежизнеспособный монстр Советский Союз были угрозой «просвещённому Западу». Так что нынешний «официоз» (в лице этих «историков»), в принципе, практически не расходится со своими якобы противниками, сторонниками баек «от Резуна». Наш официоз также является, по сути, «адвокатами Гитлера». Ведь «Гитлер убивал чужих, а Сталин — своих».

Но основной темой книги всё же является вопрос — проводилось ли приведение войск в боевую готовность перед 22 июня или нет, то есть вопрос подготовки и готовности армии перед 22 июня, рассмотренный в ответах-показаниях генералов, которые они давали сразу после войны. Данные ответы публиковались ещё в 1989 году в «Военно-историческом журнале», в №№ 3 и 5. Здесь эти ответы будут разобраны более подробно.

87486-advokat1

(из книги «Адвокаты Гитлера, или снова о 22 июня)

Заканчивая эту книгу, перед тем, как сделать «выводы», не удержусь и выдам небольшую гипотезу, которая «всё объяснит» (тем более, что версия эта не моя).

Изучая мемуары и высказывания Жукова везде, где он в чём-то обвиняет Сталина, можно смело сделать вывод, что он перекладывает на «тирана» свои ошибки или даже преступления. Если утверждает, что планов обороны не было, то значит, сами военные и чудили с этими планами, и чтобы с этим разобраться и задавался вопрос №1 генерала Покровского.

Если Жуков возлагает на Сталина вину за то, что общее размещение войск в западных округах было таким «неудачным», то и здесь ищи его «след» — войска в округах к 22 июня были размещены строго в соответствии с приказами Жукова и Тимошенко, и именно до 22 июня началось это размещение и вывод войск. И это пытались выяснить вопросом № 2.

Если утверждает, что только в ночь на 22 июня приводили войска в боевую готовность, но из-за «упирающегося» Сталина долго не могли отправить «Директиву № 1» в войска, то значит именно Жуков и сделал всё для того, чтобы войска западных округов эту директиву вовремя не получили. И это пытались выяснить вопросом № 3.

Попробуем подробнее разобраться с тем, что же натворили военные в плане размещения войск на границе перед 22 июня, к чему готовили войска — к активной обороне «по Шапошникову», согласно единственно утверждённым «Соображениям…» от октября 1940 года и таким же скорректированным «Соображениям…» зимы-весны 1941-го, или к чему-то другому.

Итак: «неудачное» размещение войск западных округов к 22 июня произошло именно на основании директив НКО и ГШ от 10-12 июня, которые Жуков назвал «рекомендациями наркома».

Для КОВО и ЗапОВО тексты этих директив размещены в сборнике Яковлева под №№ 549 и 603, на сайте http://militera.lib.ru/docs/0/1941-2.html#_Toc2421490

ЗапОВО получил команду выводить войска в лагеря «в районы, предусмотренные планом прикрытия». КОВО — «согласно прилагаемой карте» (ОдВО с его единственной армией шёл в связке с КОВО). По ПрибОВО директива от 12 июня пока не опубликована.

Последние планы прикрытия были в начале мая разработаны в НКО и ГШ на основе все тех же «Соображений…» от октября 1940 года, и вроде бы Сталин, как утверждавший их, и «виноват» в таком размещении. Но. Жуков только один округ выводил в районы, предусмотренные ПП и согласно утверждённых «Соображений…» — ЗапОВО.

Чтобы понять, что же такое сделал Жуков, необходимо для начала рассмотреть его «план от 15 мая» 1941 года, согласно которому Жуков собирался первым ударить по Германии, пока Вермахт не успел изготовиться к нападению на СССР.

В этом «плане превентивного удара» предусматривалось нанести удар из Украины в сторону Кракова, затем на Люблин (севернее Кракова), далее — в направлении Балтики и отсечь немецкие войска сначала от её союзников Словакии и Румынии, а затем и от самой Германии. По этому плану Западный округ наносит удар левым крылом в сторону Варшавы и способствует КОВО в разгроме Люблинской группировки немцев восточнее Варшавы. Остальные округа в это время находятся в активной обороне и вспомогательными ударами способствуют нанесению Главного удара через Украину аж до Балтики.

При этом в этом жуковском плане ожидалось нанесение Вермахтом одновременно двух ударов — по Прибалтике и по Украине (в районе Бреста предполагались лишь «короткие концентрические удары» Вермахта). Это к вопросу о том, что Сталин «заставил» генералов считать «главным» в ударе Вермахта именно украинское направление и «верить» в то, что основных ударов будет два, а не три! Как видите, так полагал Жуков, но свалил он это потом на Сталина.

Этот план то ли не был показан Сталину, то ли был показан и отвергнут с нелестными комментариями в адрес разработчиков — уже не важно. Важно, что Жуков от этого «плана от 15 мая» отказался и разводить войска после 10-15 июня для нанесения встречного удара по немцам стал в соответствии с официальными планами и разработками. Почти.

Директивы от 10-12 июня предусматривали уже такое развитие событий.

ЗапОВО занимает позиции для активной и упорной обороны «в районах, предусмотренных планом прикрытия» и готовится к ударам в помощь ПрибОВО и КОВО.

КОВО концентрирует свои войска не в соответствии с «ПП» этого округа, а «согласно прилагаемой карте», для нанесения удара через юг Польши и ОдВО идёт в связке с КОВО.

Директива от 12 июня для ПрибОВО пока не опубликована, но этот округ также готовили не совсем к обороне согласно «ПП», а скорее к удару, как и КОВО.

Директивы о начале реализации плана прикрытия были подписаны 10 и 12 июня Жуковым и Тимошенко, и именно в эти дни Сталин получил важные разведданные о переговорах Гесса с англичанами, а потом и сообщения от разведки с точной датой нападения — 22 июня. В Минск своя директива пришла уже 10 июня, и 11 июня там начали выдвигать «все глубинные дивизии» по этой директиве! В Ригу и Киев директивы, подписанные 12 июня, пришли 14 и 15 июня, после того, как Гитлер не отреагировал на «Сообщение ТАСС» от 13-14 июня.

К сожалению, «прилагаемая карта» к директиве от 12 июня для КОВО не опубликована и нет пока директивы от 12 июня для ПрибОВО — чтобы сравнить их с планом от 15 мая.

Сам план от 15 мая составлялся примерно к 20 мая, а 24 мая в кабинете Сталина прошло расширенное совещание руководителей НКО и ГШ с командующими западных округов, членами ВС округов и командующими ВВС этих округов, на котором Сталин сориентировал генералов на скорую войну и, возможно, даже довёл до них примерную дату, когда возможно её начало — 20-е числа июня (см. «Журнал посещения Сталина» от 24 мая 1941 года — «Россия. XX век. Документы. 1941». В 2-х кн. Кн. вторая. М., 1989.).

Дело в том, что к этому времени стало известно (от разведчиков в Болгарии) о переброске немецких войск в Румынию и Польшу с Балкан и из Европы, а также о том, что военные перевозки Германии перешли на уплотнённый график, и происходит наращивание военной группировки немцев в Польше. Гитлер в письме к Сталину от 15 мая назвал всё это мероприятиями по дезинформации Англии и утверждал, что он собирается убрать войска из Польши к 20 июня.

После этого совещания «план от 15 мая» Жуков докладывать Сталину, скорее всего, не решился, и уж точно этот план не стал официальным планом СССР на случай войны. Но что тогда готовил Жуков на начало войны?

Жуков 12 июня подготовил для КОВО директиву, по которой войска этого округа должны были наступать, а не обороняться, сразу после нападения Германии. Для ПрибОВО — свою директиву, по которой этот округ также должен был переходить в контрнаступление после нападения Германии. А 22 июня он подготовил «Директиву № 3», в которой указанное наступление немецких войск и позволяло ему реализовать эти новые «планы».

Тимошенко 22 июня подал эту «Директиву № 3» на подпись Сталину, Жуков отправился в Киев, подчинил себе все войска КОВО и попытался действовать в соответствии со своими планами нанесения «фланговых ударов» «а ля Тухачевский» — «операций вторжения», как это называлось у «Великого маршала». Кончилось это полным разгромом войск фронта, а Жуков потом рассказывал, что это Сталин его отправил в Киев («насильно») и «заставил» поставить свою подпись под «Директивой № 3». Ну и, вроде как Сталин и «виновен» в разгромленном наступлении «на Люблин».

Более подробно ознакомиться со всем изложенным можно в работах историка А.Б. Мартиросяна и в главе на книгу Мельтюхова «Упущенный шанс Сталина» это уже рассматривалось. Но здесь рассмотрим чуть подробнее, и начнем с черновика «плана от 15 мая», так, как его выложил в Интернете 20.12 2009 года исследователь «Сергей ст.» (С. Чекунов): http://militera.borda.ru/?1-3-0-00001192-000-0-0-1264010477: «17:26. Заголовок: Соображения от 15 мая 1941 в оригинальном изложении, т. е. как они есть. Выкладываю оригинальное изложение Соображений, т. е. в том виде, какой хранится в ЦАМО (красным отмечены исправления и дополнения текста). Надеюсь, что по изложенному все вменяемые люди поймут, что в ТАКОМ виде этот документ Сталину точно не докладывался…».

(Подчеркивания были в публикации, выделено мною. — О. К.):

«На бланке НКО СССР

___ мая 1941 года

Только лично

Экземпляр единственный

Председателю Совета Народных Комиссаров СССР

Тов. Сталину

Докладываю на Ваше рассмотрение соображения по плану стратегического развёртывания вооруженных сил Советского Союза на случай войны с Германией и ее союзниками.

I.В настоящее время Германия… имеет развернутыми… всего около 2864 дивизий. Из них на границах Советского Союза, по состоянию на 15.05.1941 года, сосредоточено…» пока «всего до 120 112 дивизий». «Германия, в случае нападения на ССР сможет выставить против нас… всего до 1890 дивизий.

Вероятнее всего главные силы немецкой армии в составе 756 пехотных, 101 танковых, 10 8 моторизованных, [2 кавалерийских] и 5 воздушных, а всего до 100 дивизий будут развернуты к югу [от линии Брест -] Демблин для нанесения [главного] удара в направлении — Ковель, Ровно, Киев.

Этот удар, по-видимому, будет сопровождаться ударом [Одновременно надо ожидать удара] на севере из Восточной Пруссии на Вильно, [Витебск] и Ригу, а также короткимих, концентрическимих ударамиов со стороны Сувалки и Бреста на Волковыск, Барановичи.

На юге — возможно [Надо] ожидать [ударов] одновременного с германской армией — перехода в наступление в общем направлении на Жмеринку — Румынской армии, поддержанной германскими дивизиями: [а) в направлении Жмеринка румынской армии, поддержанной германскими дивизиями б) в направлении Мункач, Львов и в) Санок, Львов.]

Не исключена также возможность вспомогательного удара немцев из-за р. Сан в направлении на Львов».

Дальше Жуков сделал вывод: «Германия в настоящее время держит свою армию отмобилизованной, с развёрнутыми тылами, она имеет возможность предупредить нас в развёртывании и нанести внезапный удар…».

И чтобы этого не допустить, необходимо «…ни в коем случае не давать инициативы действий Германскому Командованию, упредить противника в развертывании и атаковать германскую армию в тот момент, когда она будет находиться в стадии развертывания и не успеет ещё организовать фронт и взаимодействие родов войск…».

Для этого Жуков и Василевский предложили наносить основной удар из Украины на Краков и Люблин при «упорной и активной обороне» соседних округов, которые должны при случае помогать силам КОВО (Юго-Западного фронта). Последний, в свою очередь, должен был пробить всю группировку немцев с юга Польши, отрезать её от «южных союзников», прежде всего нефти Румынии, затем отрезать ВСЮ группировку в Польше и Восточной Пруссии от самой Германии и уничтожить её. Ни много ни мало:

«II. Ближайшей [Первой] стратегической целью действий войск Красной Армии поставить — разгром главных сил немецкой армии, развёртываемых южнее [линии Брест-]Демблин и выход к 30 дню операции на фронт Остроленка, р. Нарев, Лович, Лодзь, Крейцбург, Оппельн, Оломоуц, [Последующей стратегической целью иметь наступление из района Катовице, Краков в северном или северо-западном направлении, разгромить крупные силы центра и северного крыла Германского фронта и овладеть территорией бывшей Польши и Восточной Пруссии. Ближайшая задача разгромить германскую армию восточнее р. Висла и на Краковском направлении, выйти на р.р. Нарев, Висла и овладеть районом Катовице,] для чего:

а) главный удар силами Юго-Западного фронта нанести в направлении Краков, Катовице, отрезая Германию от её южных союзников;

б) вспомогательный удар левым крылом Западного фронта нанести в направлении Седлец [на Варшаву и] Демблин с целью сковывания Варшавской группировки [и овладения Варшавой, и а также] содействия Юго-Западному фронту в разгроме Люблинской группировки противника;

в) вести активную оборону против Финляндии, Восточной Пруссии, Венгрии и Румынии и быть готовым к нанесению удара против Румынии при первой же возможности [благоприятной обстановке].

Таким образом Красная Армия начнёт наступательные действия с фронта Чижов, Лютовиско силами 152 дивизий против 100 дивизий германских. На остальных участках госграницы предусматривается активная оборона.

…Для того, чтобы обеспечить выполнение изложенного выше замысла, необходимо заблаговременно провести следующие мероприятия, без которых невозможно нанесение внезапного удара по противнику как с воздуха, так и на земле:

1. произвести скрытое отмобилизование войск под видом учебных сборов запаса;

2. под видом выхода в лагеря произвести скрытое сосредоточение войск ближе к западной границе, в первую очередь сосредоточить все армии резерва Главного Командования;

3. скрыто сосредоточить авиацию на полевые аэродромы из отдалённых округов и теперь же начать развёртывать авиационный тыл;

4. постепенно под видом учебных сборов и тыловых учений развертывать тыл и госпитальную базу;…

VI. Прикрытие сосредоточения и развёртывания.

Для того, чтобы обеспечить себя от возможного внезапного удара противника, прикрыть сосредоточение и развёртывание наших войск и подготовку их к переходу в наступление, необходимо:

1. организовать прочную оборону и прикрытие госграницы, используя для этого все войска приграничных округов и почти всю авиацию, назначенную для развёртывания на западе;

2. разработать детальный план противовоздушной обороны страны и привести в полную готовность средства ПВО.

По этим вопросам мною отданы распоряжения и разработка планов обороны госграницы и ПВО полностью заканчивается к 1.6.41 г.

Состав и группировка войск прикрытия — согласно прилагаемой карты.

Одновременно необходимо всемерно форсировать строительство укреплённых районов, начать строительство укреплённых районов на тыловом рубеже Осташков, Почеп и предусмотреть строительство новых укреплённых районов в 1942 году на границе с Венгрией, а также продолжить строительство укрепрайонов по линии старой госграницы.

…IX. Прошу:

1. Утвердить представляемый план стратегического развёртывания вооруженных сил СССР и план намечаемых боевых действий на случай войны с Германией;

2. своевременно разрешить последовательное проведение скрытого отмобилизования и скрытого сосредоточения в первую очередь всех армий резерва Главного Командования и авиации;…

Народный Комиссар Обороны СССР

Маршал Советского Союза (С. Тимошенко)

Начальник Генерального Штаба К. А.

Генерал армии (Г. Жуков)

Рукопись, подписи отсутствуют

ЦАМО, ф. 16а, оп. 2951, д. 237, л.л. 1-15».

(Квадратными скобками помечен новый текст.)

А теперь посмотрим, как же «жуковы» собирались начинать войну и что из этого вышло. Ведь поклонники В. Резуна уверены, что именно по этому «плану» Сталин готовился нападать «6» июля, и в итоге и начала Красная армия войну с размещением войск по этому плану. Однако это не так.

Все эти годы нам рассказывали, что Красная армия собиралась воевать на чужой территории. И тот же генерал М. А. Гареев также дал вполне чёткое объяснение, что готовили военные в случае нападения на СССР Германии — немедленное перенесение войны на территорию противника (см. слова Гареева в главе о труде М. Мельтюхова «Упущенный шанс Сталина»). Именно немедленное наступление на напавшего врага, с нанесением «мощных фланговых ударов» и готовили военные в СССР к 22 июня. И подтверждается это «Директивой № 3» от 22 июня 1941 года. Которая не была ни «импровизацией», ни тем более «истерикой», как уверяют многие историки.

Текст «Директивы № 3» » берем все из того же «сборника Яковлева» и вот что написано в ней для округов-фронтов:

«3. ПРИКАЗЫВАЮ: …

б) Армиям Северо-Западного фронта, прочно удерживая побережье Балтийского моря, нанести мощный контрудар из района Каунас во фланг и тыл сувалкской группировки противника, уничтожить её во взаимодействии с Западным фронтом и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки.

Граница слева — прежняя.

в) Армиям Западного фронта, сдерживая противника на варшавском направлении, нанести мощный контрудар силами не менее двух мехкорпусов и авиации фронта во фланг и тыл сувалкской группировки противника, уничтожить её совместно с Северо-Западным фронтом и к исходу 24.6 овладеть районом Сувалки.

Граница слева — прежняя.

г) Армиям Юго-Западного фронта, прочно удерживая госграницу с Венгрией, концентрическими ударами в общем направлении на Люблин силами 5 и 6 А, не менее пяти мехкорпусов и всей авиации фронта окружить и уничтожить группировку противника, наступающую на фронте Владимир-Волынский, Крыстынополь, к исходу 26.6 овладеть районом Люблин. Прочно обеспечить себя с краковского направления.

д) Армиям Южного фронта не допустить вторжения противника на нашу территорию. При попытке противника нанести удар в черновицком направлении или форсировать pp. Прут и Дунай мощными фланговыми ударами наземных войск во взаимодействии с авиацией уничтожить его».

Жуков не стал наносить удар в направлении на Краков 23 июня, ведь это направление было определено на случай нашего превентивного нападения. 23 июня Жуков пытался отрезать уже «Люблинскую группировку» войск, стараясь задействовать в этом наступлении на Люблин 23 июня практически все основные силы КОВО!

Но какой, «к лешему», может быть Люблин 23 июня?! Если уж позволил противнику нанести удар первым, — уходи в оборону, изматывай противника и перемалывай его войска, подготавливая своё контрнаступление! Но Жуков рвался наступать, силами КОВО, которые готовились именно для такого «наступления» директивой от 12 июня № 504205. А ведь в реальности у него ещё и часть войск отобрали в помощь Белоруссии.

Вот что рассказал об этом всё тот же генерал-полковник А. П. Покровский в 1968 году, ещё до выхода в свет мемуаров маршала Жукова:

«…на Юго-Западном фронте побывал Жуков, в самые первые дни, организовал там наступление с лозунгом: „Бить под корень!» На Люблин. Из этого наступления ничего не получилось. Погибло много войск, мы потерпели неудачу. Жуков уехал в Москву. Правда, потом он говорил, что это наступление было организовано по приказанию Сталина…».

(«Беседа К. М. Симонова с бывшим начальником штаба Западного и Третьего Белорусского фронтов генерал-полковником Покровским Александром Петровичем. Записана 26 мая 1968 г. Запись беседы печатается по оригиналу, находящемуся в архиве К. М. Симонова, в его семье, с сохранением всех особенностей речи Александра Петровича». Размещено на сайте http://rkka.ru/memory/pokrovskiy/main.htm).

А ПрибОВО должен был также наносить свой удар «на Сувалки» вместе с ЗапОВО. Что также не соответствовало существующим и утверждённым «Соображениям…» и разработанным в мае-июне планам прикрытия.

Откуда известно, что ПрибОВО готовился в июне не столько к обороне, сколько именно к встречному наступлению? А это видно из опубликованных приказов по этому округу. Например, приказа штаба ПрибОВО № 00 229 от 18 июня 1941 года, подписанный В. И. Кузнецовым, Клёновым и Диброва:

«С целью быстрейшего приведения в боевую готовность театра военных действий округа ПРИКАЗЫВАЮ: <…>

4. Командующим 8-й и 11-й армиями: <…>

в) приступить к заготовке подручных материалов (плоты, баржи и т. д.) для устройства переправ через реки Вилия, Невяжа, Дубисса. Пункты переправ установить совместно с Оперативным отделом штаба округа. 30-й и 4-й понтонные полки подчинить Военному совету 11-й армии. Полки иметь в полной готовности для наводки мостов через р. Неман. Рядом учений проверить условия наводки мостов этими полками, добившись минимальных сроков выполнения;

г) начальнику Инженерного управления составить совместно с начальником [Отдела] военных сообщений округа план устройства переправ через рр. Зап. Двина и Неман на плавучих судах, взяв последние на учёт. Места переправ определить рекогносцировками. <…>»

(ЦАМО, Ф. 221, оп. 7833сс, д. 3, лл. 17-21., ЦАМО, ф. 344, оп. 5564, д. 1, лл. 12-13. Подлинник. ВИЖ № 5, 1989 г., с. 46)

На что, например 21 июня, по 8-й армии был издан такой приказ:

«ПРИКАЗ КОМАНДУЮЩЕГО ВОЙСКАМИ 8-й АРМИИ ПрибОВО КОМАНДИРУ 11 СТРЕЛКОВОГО КОРПУСА

21 июня

22 ч 15 мин.

С целью быстрейшего приведения в боевую готовность театра военных действий командующий 8-й армии приказал:

1. Немедленно приступить к заготовке подручных материалов (плоты, баржи и т. д.) для устройства переправ через р. Дубисса.

Пункты переправ будут даны дополнительно.

Начальник штаба 8-й армии генерал-майор Ларионов».

(ЦАМО, ф. 344, оп. 5564, д. 10, л. 53. Подлинник. ВИЖ № 5 1989 г., с. 51).

Данные приказы сторонники В. Резуна используют для «доказательства» того, что Сталин собирался только нападать 1-го или 15 июля, мол, даже плоты и баржи готовили заранее. Однако по дате на приказе по 8-й армии видно, что переправочные средства здесь готовили и для того, чтобы переправляться через приграничные реки и в случае наступления и для возможного отхода (р. Дубисса впадает в р. Неман и течёт параллельно границе, в 50-100 км от границы, в зоне действия 8-й армии), именно в связи с датой немецкого нападения. Сам приказ Ларионова также связан с датой немецкого нападения.

Однако вначале готовились именно наступать, и немедленно. И в связи с этим становится понятно, почему мосты через пограничные реки либо вообще не минировали, либо минировали, но не взорвали и взрывать не собирались, предполагая наступать по ним на вражью территорию 23 июня. Понятно, почему Ф. И. Кузнецов в ПрибОВО запрещал минирование границы и почему Д. Г. Павлов заявлял при аресте, что будет давать показания только в присутствии наркома и нач. ГШ.

Кстати, немцы действительно опасались, что РККА нанесёт превентивный удар. В этом случае их войска, находившиеся «в подвешенном состоянии», вполне могли быть разбиты в первом же сражении. Геббельс так и писал в своём дневнике: «14 июня 1941 г. (суббота). <…> Русские, кажется, всё ещё ничего не подозревают. Во всяком случае, они сосредоточивают свои войска именно так, как мы только можем того пожелать: густо, массированно, а это лёгкая добыча в виде военнопленных. Однако ОКБ (штаб Верховного главнокомандования вооруженных сил. — Пер.) уже не может слишком долго всё это маскировать, т. к. необходимы мероприятия военного характера. В Восточной Пруссии всё сосредоточено так массированно, что русские превентивными авиационными налётами могли бы причинить нам тяжелейший урон…».

Но успех сопутствовал бы СССР (возможно) только в том случае, если бы по Вермахту ударила действительно приведённая в боеготовое состояние РККА, но тогда СССР ждала бы катастрофа мировой войны «всех против СССР».

Первыми ударили немцы, а округа попытались, по приказу Жукова и Тимошенко, начать встречное наступление. И для РККА наступила катастрофа, т.к. все приграничные аэродромы и склады размещенные для этих наступлений у границы были уничтожены или захвачены немцами, а сама армия разбита по вине командования. Ведь она ещё и в боевую готовность оказалась не приведённой.

Когда ставится вопрос, почему вместе с Павловым не поставили к стенке и Жукова, ответ может быть достаточно простой — у них были разные цели. Павлов и ему подобные открывали фронт немцам и, возможно, собирались сместить Сталина с его «кровавым режимом», а Жуков собирался геройски побеждать Европу. При этом все, конечно же, радели за Родину. Но для того, чтобы поставить к стенке Жукова, Сталину надо было ещё разобраться с тем, что планировал лично Жуков. С «павловыми», вроде бы, всё понятно — они примитивно срывали выполнение приказов. С тем же, что сделал Жуков и некоторые другие высшие чины, и должны были помочь разобраться после войны «вопросы Генштаба», вопросы Покровского. И, прежде всего, вопрос № 1: «Был ли доведен до войск в части, их касающейся, план обороны государственной границы; когда и что было сделано командованием и штабами по обеспечению выполнения этого плана?».

Но для расследования того, как и что делалось в округах, что предписывалось планами прикрытия и что выполнялось реально, требовалось время. А самое главное — надо было разобраться, на каком основании «жуковы» пошли на подмену утверждённых «Соображений…», не предусматривающих всеобщее наступление на напавшего врага сразу после его нападения!

Чтобы удар на Люблин и на Сувалки удался, и войну в Польше в июне 1941-го можно было выиграть, надо было, чтобы к моменту нашего нападения на Германию все войска западных округов оказались в боеготовом состоянии. Однако приведение войск в боевую готовность в округах было сорвано. И в итоге — армия разгромлена, и неважно — нападает ли первой РККА, или немцы и Жуков будет наступать в ответ.

Жуков считал, что «победителей не судят», и Сталин «за победу под Люблином и Сувалками» его не расстреляет, попытался провести немедленные мощные фланговые удары после нападения Германии. А тот же К. К. Рокоссовский так не считал и недоумевал — зачем Жуков гонит войска в наступление 23 июня на Люблин, если уже очевидно, что надо отходить вглубь страны, сохранять армию и, держа активную оборону, готовить резервы для более позднего наступления. Т.е. всё, согласно «планам Шапошникова» (поняли, почему Сталин только их двоих и звал по имени отчеству?):

«Судя по сосредоточению нашей авиации на передовых аэродромах и расположению складов центрального значения в прифронтовой полосе, это походило на подготовку прыжка вперёд, а расположение войск и мероприятия, проводимые в войсках, этому не соответствовали». (ВИЖ № 4 1989 г., с. 54, Солдатский долг).

Т.е., с одной стороны судя по общему размещению войск их явно готовят для «прыжка вперед» (т.е. к наступлению), но по «мероприятиям, проводимых в войсках» не видно, чтобы они были готовы к такому наступлению — они не приводятся в нужную боеготовность для ведения войны.

«…Можно было предположить, что противник, упредивший нас в сосредоточении и развертывании у границ своих главных сил, потеснит на какое-то расстояние наши войска прикрытия. Но где-то, в глубине, по реальным расчётам Генерального штаба, должны успеть развернуться наши главные силы. Им надлежало организованно встретить врага и нанести ему контрудар. Почему же этого не произошло?..

Какой же план разработал и представил правительству наш Генеральный штаб? Да и имелся ли он вообще?..

…Неужели это не чувствовали военные руководители центрального и окружного масштаба? Ну, допустим, Генеральный штаб не успел составить реальный план на начальный период войны в случае нападения фашистской Германии. Чем же тогда объяснить такую преступную беспечность, допущенную командованием округа (округами пограничными)? Из тех наблюдений, которые я вынес за период службы в КОВО и которые подтвердились в первые дни войны, уже тогда пришёл к выводу, что ничего не было сделано местным командованием в пределах его прав и возможностей, чтобы достойно встретить врага.

На мою долю выпала честь всю свою службу в Красной Армии провести в приграничных округах: на Дальнем Востоке, в Забайкалье, в БВО и ЛВО. Это дало мне возможность глубоко изучить задачи, возлагаемые на приграничные войска, а также положения, обязывающие их поддерживать постоянную повышенную боевую готовность, способность в несколько часов приступить к активным действиям. Соответственно определялась и дислокация войск в мирное время. Кроме того, на период угрожающего положения войска выводились в предусмотренные заблаговременно районы.

Все эти вопросы тщательно отрабатывались на военных играх и в полевых поездках в окружном масштабе высшим командным составом. Примерно такая же подготовка велась с командирами в корпусах и дивизиях…

Велась, но только не в КОВО. Потому-то войска этого округа с первого же дня войны оказались совершенно не подготовленными к встрече врага. Их дислокация у нашей границы не соответствовала угрозе возможного нападения. Многие её соединения не имели положенного комплекта боеприпасов и артиллерии, последнюю вывезли на полигоны, расположенные у самой границы, да там и оставили…

Вспоминая… всё, что мне пришлось видеть, ощущать и узнать в первые недели войны, я никак не мог разобраться, что же происходит.

Ведь элементарные правила тактики, оперативного искусства, не касаясь уже стратегии, гласят о том, что, проиграв сражение или битву, войска должны стремиться к тому, чтобы, прикрываясь частью сил, оторваться основными силами от противника, не допустив их полного разгрома. Затем с подходом из глубины свежих соединений и частей организовать надежную оборону и в последующем нанести поражение врагу…»

(ВИЖ № 5 1989 г., с. 60-62 — http://militera.lib.ru/memo/russian/rokossovsky/02.html).

Т.е., Рокоссовский не видел подготовки обороны в тех мероприятиях, что проводились в КОВО перед 22 июня — готовилось явно наступление…

Жуков идею удара на Люблин рассматривал, ещё будучи командующим КОВО и в ноябре 1940 года из штаба КОВО в ГШ была представлена:

«№ 224. ЗАПИСКА НАЧАЛЬНИКА ШТАБА КОВО ПО РЕШЕНИЮ ВОЕННОГО СОВЕТА ЮГО-ЗАПАДНОГО ФРОНТА ПО ПЛАНУ РАЗВЁРТЫВАНИЯ НА 1940 ГОД б/н [не позднее декабря 1940 г.]…», в которой Жуков предлагал:

«III. Задачи Юго-Западного фронта

Ближайшая стратегическая задача — разгром, во взаимодействии с 4-й армией Западного фронта, вооруженных сил Германии в районах Люблин, Томашув, Кельце, Радом и Жешув, Ясло, Краков и выход на 30 день операции на фронт р. Пилица, Петроков, Оппельн, Нейштадт, отрезая Германию от её южных союзников. Одновременно прочно обеспечить госграницу с Венгрией и Румынией. Ближайшая задача — во взаимодействии с 4-й армией Западного фронта окружить и уничтожить противника восточнее р. Висла и на 10 день операции выйти на р. Висла и развивать наступление в направлениях: на Кельце, Петроков и на Краков.

Готовность к переходу в наступление не позднее 30 дня мобилизации.

Справа Западный фронт (штаб Барановичи) имеет задачей — ударом левофланговой 4-й армией в направлении Дрогичин, Седлец, Демблин содействовать Юго-Западному фронту в разгроме Люблинской группировки противника и на 15 день операции выйти на р. Висла. В дальнейшем наступать на Радом. Штаб 4-й армии — Кобрин…

Начальник штаба КОВО (Пуркаев)

(ЦАМО РФ, Ф. 16, оп. 2951, д. 239, лл. 245-277. Рукопись, оригинал, автограф. Издание: 1941 год. — М.: МФ «Демократия», 1998. — http://militera.lib.ru/docs/da/1941/index.html.

Как видите, Жуков удар на Люблин рассматривал ещё до того, как был назначен начальником ГШ в феврале 1941 года. Однако эта разработка сутью ещё полностью соответствует «Соображениям…» от октября 1940 г., и в ней указывалось что: «Готовность к переходу в наступление» войск округа может произойти не ранее, но и «не позднее 30 дня мобилизации».

Также, ещё в октябре 1940 года Тимошенко и Мерецков (нач ГШ до Жукова) предлагали:

«№ 134. ЗАПИСКА НАРКОМА ОБОРОНЫ СССР И НАЧАЛЬНИКА ГЕНШТАБА КРАСНОЙ АРМИИ В ЦК ВКП(б) — И.В.СТАЛИНУ И В.М.МОЛОТОВУ № 103313/сс/ов [не ранее 5 октября 1940 года]

Докладываю на Ваше утверждение основные выводы из Ваших указаний, данных 5 октября 1940 г. при рассмотрении планов стратегического развертывания Вооруженных Сил СССР на 1941 год.

<…>

2. На Западе основную группировку иметь в составе Юго-Западного фронта с тем, чтобы мощным ударом в направлении Люблин и Краков и далее на Бреслау в первый же этап войны отрезать Германию от Балканских стран, лишить ее важнейших экономических баз и решительно воздействовать на Балканские страны в вопросах участия их в войне.

Одновременно активными действиями Северо-Западного и Западного фронтов сковать силы немцев в Восточной Пруссии.

<…>

5. План стратегического развертывания на Западе с нанесением главного удара силами Юго-Западного фронта считать основным. Признать необходимым одновременно иметь разработанным план развертывания войск на Западе с основной группировкой в составе Западного фронта, с целью — усилиями Западного и Северо-Западного фронтов разбить немцев в Восточной Пруссии, силами Юго-Западного фронта нанести вспомогательный удар на Люблин.

<…>

8. Разработку всех планов развертывания и действий войск как по линии Наркомата обороны, так и по линии Наркомата военно-морского флота закончить к 1 мая 1941 г. <…>

ЦАМО РФ. Ф. 16. Оп.2951.Д.242. Лл.84-90. Рукопись на бланке: «Народный комиссар обороны СССР». Утверждающая подпись отсутствует. Автограф.».

Т.е., как видите, идея нанесения удара из Украины «на Люблин» доминировала в умах военных давно. И в этой, неутвержденной записке Тимошенко, похоже, именно о «превентивном ударе» идет речь. Однако это всего лишь «записка» и считать её «руководящим документом» нет никаких оснований — некоторые «резуны» очень любят размахивать именно такими вот «документами», для «подтверждения» своих «версий»! Впрочем, скорее всего эта «записка» не более чем фальшивка сделанная для того чтобы показать что именно по распоряжению Сталина делался акцент на украинском направлении — «План стратегического развертывания на Западе с нанесением главного удара силами Юго-Западного фронта считать основным».

При этом в официальных планах оговаривалось, что наступление может начаться не ранее 20-30 дней после начала мобилизации, т.е. после нападения врага. И уж, в любом случае, не на следующий день после нападения врага! В конце января на должность начальника Генерального штаба назначается Г.К. Жуков. Как считают многие исследователи — для того, чтобы четко претворять в жизнь именно те самые, пусть и уточненные, но «Соображения…» от маршала Шапошникова. При этом Жуков хоть и поучаствовал в разработке «превентивного удара» по Германии в мае 41-го, но начал он войну все же не по этому плану. Т.е. Жуков, конечно же, отказался от «превентивного удара».

Как пишет историк А. Мартиросян, на превентивный удар Сталин не мог пойти ещё и из-за полёта Гесса в Англию — воюющие между собой Англия и Германия в любой момент могли стать союзниками, если бы СССР напал на Гитлера. И этого всерьез опасались в Москве.

А вот какие слова из бесед самого Жукова историку В. А. Анфилову уже в 1965 году приводит в своих работах А. Исаев, по поводу «успешности» «плана от 15 мая»: «Сейчас же я считаю: хорошо, что он не согласился тогда с нами. Иначе при том состоянии наших войск могла бы произойти катастрофа гораздо более крупная, чем та, которая постигла наши войска в мае 1942 года под Харьковом».

Почему Жуков сравнил не с июнем 1941-го, а именно с маем 1942-го возможную катастрофу армии в случае реализации превентивного нападения на Германию? Так, после катастрофы под Харьковом, немцы вышли к Волге, и если бы они смогли перерезать единственную транспортную артерию, по которой Москва получала нефть Баку и нефтепродукты Грозного, то поражение СССР в Войне было бы более вероятным, чем даже в лето 1941-го. Когда промышленные районы СССР и на Украине ещё не были оккупированы или эвакуированы. Т. е. превентивное нападение на Германию в июне 1941-го однозначно приводило к разгрому Красной армии и, в перспективе — к поражению СССР. И маршал это понимал, и в 1965 году и, скорее всего, понимал и в июне 1941-го, когда отказался от превентивного удара сам.

Однако Жуков никогда не заикался о том, что он натворил своим встречным наступлением на уже напавшую немецкую армию. Если бы он начал говорить об этом, то ему пришлось бы признать свою личную вину и за разгром РККА в июне 1941-го, и за последующую гибель почти 28 миллионов советских граждан.

Как можно доказать или опровергнуть это? Вообще-то, «не сложно». Надо сравнить карты к «плану от 15 мая» с картами для КОВО и ПрибОВО к директивам от 12 июня для этих округов, с тем как выдвигались дивизии округов после 15 июня. А потом сравнить с картами из официально утвержденных «планов обороны». ЗапОВО получил задачу выводить войска, согласно майскому плану прикрытия, в директиве для КОВО нет указаний на ПП вообще (по ПрибОВО своей директивы пока не обнаружено, но что-то мне подсказывает, что она аналогична директиве для КОВО от 12 июня).

Самое интересное, что никто и никогда не говорил что это Сталин «заставил» военных пойти на изменение официальных планов обороны и нанести немедленный встречный фланговый удар по напавшему врагу. Жуков уверял, что его заставили подписать «невыполнимую Директиву № 3», но не более. А ведь эта директива никак не могла быть импровизацией — решение принимали Тимошенко и Жуков на основании того, как уже разведены войска к 22 июня!

Судя по всему, сама идея удара «на Люблин», чтобы отсечь от Германии напавший вермахт, а также Балканы и нефть Румынии, казалась в Москве (и военным и Сталину) вполне разумной и выполнимой. Однако в планах всегда предусматривалось нанесение этого «красивого» удара, только спустя некоторое время, необходимое для подготовки этого удара. Но в июне наши военные внесли серьезное изменение — 23 июня надумали наступать, не дожидаясь полной мобилизационной готовности, не тратя 20-30 суток на подготовку контрудара.

Но, повторяю, никто и никогда не обвинял в этом Сталина. Все, что угодно, вешали на «тирана», но только не это. Тем более, версию о том, что Сталин «заставил» военных наносить «удар 23 июня» разбивают послевоенные «вопросы от Покровского».

Знал ли Сталин, что военные выводят войска с 10-15 июня на исходные, но не в соответствии в Планами прикрытия, а для нанесения немедленного удара? Точно нет! Не по его команде или согласию это делалось. Откуда это известно? С.М. Буденный «сказал». Дело в том, что знаменитый маршал вел дневники, а точнее писал воспоминания. И он описал в них и события вечера 21 июня 1941 года. Данные дневники-воспоминания пока не опубликованы, но году в 2004 был снят д/ф о маршале и его дочь показала эти записи. Так вот на «стоп-кадре» можно прочитать следующее:

«И.В. Сталиным в 1941 году 21 июня в 19 часов были вызваны Тимошенко, Жуков (начштаба РККА) и я (замнаркома обороны). И.В. Сталин сообщил нам, что немцы, не объявляя нам войны, могут напасть на нас завтра, т.е. 22 июня, и поэтому, что мы должны и можем предпринять сегодня же и до рассвета завтра 22.6.41. …

Тимошенко и Жуков заявили, что если немцы нападут, то мы их разобьем на границе, а затем на их территории. И.В. Сталин подумал и сказал: «Это несерьезно»».

Как видите, судя по реакции Сталина, он понятия не имел о лихих планах военных и о том, что они выводят войска с 15 июня именно для такого удара. И в связи с этим возникает вопрос — а что нес с собой Жуков в кабинет Сталина 21 июня 1941 года к 20.50, какой такой вариант «Директивы» в западные округа? На который Сталин отреагировал запретом:

«Такую директиву давать преждевременно, может быть, вопрос еще уладится мирным путем. Надо дать короткую директиву, в которой указать, что нападение может начаться с провокационных действий немецких частей. Войска приграничных округов не должны поддаваться ни на какие провокации, чтобы не вызвать осложнений» («Воспоминания и размышления», М. 1969 г., с. 243.).

Возможно, что в первоначальном варианте жуковской директивы было либо предложение ударить на пару часов раньше («превентивно»), либо в ней было предложение ударить «на Люблин» и «Сувалки», как только немцы нападут. Т.е. возможно, что суть «Директивы № 2 и 3» Жуков и Тимошенко и пытались предложить Сталину уже вечером 21 июня (кто знает — может какой очередной «Сергей ст.» и найдет этот вариант в архивах МО РФ…).

Ни сторонники В. Резуна, ни «официоз» даже не пытаются подробно рассматривать давно опубликованные и известные документы — директивы от начала мая 1941-го на разработку планов прикрытия округов, директивы от 10-12 июня на начало выполнения этих планов и прочие, вполне известные документы, представленные в этих двух книгах — «Кто «проспал» начало войны» и настоящей, которую вы держите в руках. Также никто не рассматривает вопросы Покровского с ответами генералов о событиях вокруг 22 июня. Кроме исследователя Ю. Мухина и военного историка А. Мартиросяна, начавших писать об этом более 5 лет назад.

Почему этого не делают В. Резун и его поклонники-последователи? Так ведь начнешь разбирать подробно и грамотно эти документы с вопросами Покровского, и выяснится, что «версия» об «агрессии СССР» развалится. Ведь и в документах и в ответах генералов на поставленные вопросы ГШ после войны речь идёт только о подготовке СССР к отражению Германской агрессии, которую ожидали к середине-концу июня.

Но почему эти документы подробно не разбираются «официальными историками», и уж тем более, почему игнорируются вопросы Покровского с ответами генералов? Почему вообще не разбираются события последних недель и дней перед 22 июня, ведь, вроде бы, по известным документам достаточно несложно развенчать фантазии «резунов»? Но военные историки отделываются только общими фразами. Почему? Скорее всего, потому, что, начни разбирать те директивы НКО и ГШ, придётся объяснять, почему директива от 10 июня для ЗапОВО написана так, а директива от 12 июня для КОВО и ПрибОВО — иначе, и что это означает? И к чему привело в итоге. Начни разбирать ответы генералов на вопросы Покровского, и придётся объяснять, почему одни генералы свой долг выполняли, а другие, названные «невинными жертвами сталинизма» — нет. Придется отвечать на вполне простой вопрос, — на каком основании Жуков и Тимошенко пошли на изменение официально утвержденных планов обороны и пытались организовать немедленные «операции вторжения» из бредовых идей Тухачевского?

Впрочем, некий разбор этих вопросов-ответов в январе 2011 г. попытался сделать «резунист» «К. Закорецкий» в короткой статье «ПЯТЬ ВОПРОСОВ ОБ ИЮНЕ 1941 г.» на своем сайте http://zhistory.org.ua/5vopros.htm Данный исследователь также пытается доказать «агрессию» СССР появлением в 1939-40 году военных разговорников для всех стран вокруг СССР — видимо собирались нападать на всех сразу и по всему периметру границ.

Сегодня многие историки согласны с тем, что проводимые в приграничных округах мероприятия на оборонительные действительно были не очень похожи — больше похоже на имитацию подготовки обороны. По логике «резунов» если войска идут к границе и при этом не очень готовятся к обороне, то значит готовятся однозначно для нападения первыми, и других вариантов данные «исследователи» в принципе не рассматривают — либо оборона, либо нападение! Но может, стоит все же рассмотреть то, что вполне очевидно и на виду — подготовку своего встречного наступления, как только враг границу перейдет? (Кстати, исследователь А. Исаев вслед за генералом армии М.А. Гареевым в принципе примерно так и пишет — готовили наступление… но в подробности тоже не вдается.)

Также кое-что о предвоенных днях начал рассматривать и достаточно известный «резунист» М. Солонин. На своем сайте он 13.01.2011 года выложил главу из своей новой книги о «22 июня», «О боевых действиях войск с 18 по 23 июня» (http://www.solonin.org/new_o-boevyih-deystviyah-voysk-s).

Солонин привёл такие выдержки из документов предвоенных дней:

«Оперативная сводка 1, штадив-48, лес 0,5 км вост. ст. Далбе.

1. Выполняя приказ, дивизия начала марш из г. Рига в 23-00 17.6.41 и, совершив ночной марш (30 км) к 9-00 18.6.41 сосредоточилась в лесу юго-восточнее с. Далбе…».

«Боевое донесение № 2, штадив-48, лес юго-западнее ст. Далбе, 9-10 18.6.41 г.

Дивизия, выполнив задачу дня, сосредоточилась к 9-00 18.6.41 в районе леса юго-западнее ст. Далбе…».

М. Солонин в своих книгах часто приводит документы для подтверждения «планов агрессии» СССР и Сталина, но, видимо, «личная неприязнь к тирану» мешает трезво оценивать самому то, что приводится. Дело в том, что подобные оперсводки стали отправлять в ГШ на следующий день, по каждой дивизии все округа, как только получали свои Директивы о начале выдвижения «глубинных дивизий и корпусов» (войск второго эшелона) в «районы, предусмотренные планом прикрытия» или «согласно прилагаемой карты».

Оперсводки по ЗапОВО приводились исследователем С. Л. Чекуновым на сайте «милитера» (к сожалению, без архивных данных, но впрочем, в 2011 г. ЦАМО начало переезжать в другое место и есть вероятность что мало того что на неопределенное время архивы ЦАМО станут недоступны но и могут поменяться реквизиты самих документов):

«…Оперсводка № 1 к 23.00 11.6. Штаб ЗапОВО Минск

1. Части 17-й сд (271, 278 сп, 20 ап, обс) выступили из пунктов старой дислокации в 10.00 11.6 с/г

2. 37-я сд (247 сп) с 18.00 11.6 на марше из…

3. Части 121-й сд — 383 сп, 1/507 гап, в 7.00 11.6 выступив из Бобруйска, к 22.00 сосредоточились… 574 сп, 297 ап, в 7.00 11.6 выступив из Бобруйска, к 22.00 сосредоточились…

Зам. начальника штаба ЗапОВО Семёнов».

Т. е., получив вечером 10 июня в Минске директиву о выдвижении дивизий второго эшелона, там уже утром 11-го эти дивизии двинули в районы, предусмотренные ПП округа. И такие оперсводки шли из округов в Генштаб вплоть до вечера 21 июня. Например, на сайте http://bdsa.ru/documents/html/donesiune41/41061822.html показана «оперативная сводка штаба ПрибОВО № 01 от 21 июня 1941 года о группировке войск округа к 22 часам 21 июня 1941 г.» (надеюсь, желающие сами смогут с ней ознакомиться…).

По оперсводкам «от Солонина» видно, что дивизии начали выдвижение к месту новой дислокации 17 июня, и значит, директива от 12 июня пришла в Ригу 15-16 июня. И далее М Солонин приводит совершенно замечательные факты и документы. Например, донесение:

«О боевой деятельности 86-й авиабазы с 22.6 по 28.6.41 г.

…20 и 21.6.41. Постройка оборонительных сооружений по плану обороны.

21.6.41 в 22-00 занятие оборонительных сооружений составом полка и базы для обороны аэродрома. Окончание работ по засыпке и зарывке ГСМ, хранившегося в бочках…».

А также донесение:

«О проделанной работе 213-й авиабазы с 17.6 по 28.6. 41 г.

…При объявлении боевой тревоги к исходу дня 21.6.41 г. на оперативном аэродроме Кармелава было сосредоточено следующее имущество…».

Т. е. на авиабазах ПрибОВО получили задачу к 20-21 июня построить оборонительные сооружения «по плану обороны» — отрыть щели, оборудовать огневые точки для зенитных средств. Когда была поставленная такая задача? Сам же Солонин и сообщает, что уже с 18 июня в округе стали приводить войска в боевую готовность. А вечером 21-го июня, в 22.00 на этих базах объявили боевую тревогу! А ведь в это время, ещё даже «Директива № 1» не была подписана, в 22.00! И уж тем боле её точно не получали в округах в это время! Тут стоит вспомнить, к какому времени приграничная дивизия КОВО генерала Абрамидзе должна была выполнить приказ ГШ от 18-19 июня о приведении в полную боевую готовность — «к 24.00 21 июня»! А также вспомнить, как начштаба ОдВО генерал М. В. Захаров уже в 22.00 готовился получать из Москвы на полевом управлении важное сообщение. А поднял войска округа по тревоге и объявил боевую готовность Захаров сразу после 23.00! Также не получая ещё «Директиву № 1» из Москвы.

Впрочем, один из сторонников Резуна выдал такое «объяснение» на подобные факты в ПрибОВО — ждали провокаций, а не полномасштабного нападения Гитлера. Т.е. приводили, конечно, войска в б/г, но не для отражения нападения, а в ожидании мифических провокаций. В Москву после 11 июня и до вечера 21 июня поступило чуть не с полсотни сообщений с точной датой нападения (см. работы А. Мартиросяна по этому поводу), но в Кремле упрямые «горцы» ждали не нападения а «провокаций». Ибо хотели сами напасть первыми «6» или «15 июля» и сообщения о том, что враг нападет раньше их, 22 июня, их расстраивало и они «не хотели им верить»…

Так что, скорее всего, ещё долго не будет книг профессиональных историков о событиях ДО 22 июня.

Заканчивая эту главу и эту книгу, в которой опять рассматривался вопрос о том, приводились ли войска западных округов в боевую готовность перед 22 июня командами из Москвы, хотелось бы, чтобы читающий не только «ответы» нашёл в книге. Было бы намного лучше, если бы у него появились новые, уже свои вопросы, и ему захотелось бы опровергнуть моё личное мнение по некоторым, затронутым темам, и найти свои ответы. Как уже говорилось, автор вовсе не профессиональный историк и всего лишь попытался, насколько возможно, самостоятельно разобраться в появившихся вопросах, после прочтения различных книг разных авторов по истории войны.

Ни в коем случае не претендуя на «истину в последней инстанции», всё же хотелось бы, чтобы возможные оппоненты делали свои выводы по документам, мемуарам и показаниям.

Берите эти документы, мемуары и показания, найдите новые и сделайте противоположный вывод — буду рад, если получится. Но не забывайте, что «вердикт» в споре о «выводах» будет делать читатель.

Данная работа — не «версия» или «гипотеза, всё объясняющая». Это разбор и анализ существующих, опубликованных и вполне доступных материалов. Так что, читайте, анализируйте и делайте вывод сами.

Был ли срыв приведения в боевую готовность или попытка военных организовать «операции вторжения» 23 июня единственной причиной трагедии 22 июня? Конечно, нет. Были ещё факторы, убеждавшие Гитлера в легкой победе над СССР летом 1941 года:

«Надежды на победу, - говорил Клейст, - в основном опирались на мнение, что вторжение вызовет политический переворот в России… Очень большие надежды возлагались на то, что Сталин будет свергнут собственным народом, если потерпит на фронте тяжелое поражение. Эту веру лелеяли политические советники фюрера». (У. Ширер, Взлет и падение третьего рейха, т.2, с. 244, М., Воениздат 1991 г.).

Но об этом — в следующих исследованиях…

Не верьте на слово никому. Никакой, даже самый профессиональный историк, даже самый чистоплотный и правдивый, не способен охватить всё. Читать и изучать критически надо всех. И «резунов», и их оппонентов, и тех, кто держится за официальную историю Великой Отечественной. У всех можно найти как ляпы, и даже откровенное враньё, так и очень даже достоверные и интересные вещи. А уж вам самим решать, насколько приводимые факты и аргументы соответствуют действительности и насколько противоречат. Читайте разные книги и выбирайте — чья правда «правдей».

(Примечание последнее: Читать и разбираться необходимо, особенно после того, как наша официальная историческая наука в лице академика А. Н. Сахарова выдает такое («О новых подходах в российской исторической науке»): «На одно из первых мест в переосмыслении истории России и СССР выдвигается проблема Великой Отечественной войны СССР в 1941-1945 гг. Наряду с традиционной историографией, не выходящей в основном за рамки официальной версии войны, данной в свое время И. В. Сталиным и последующими партийными документами, разрабатывается и иная версия: значительной ответственности советского режима за развязывание войны в рамках реализации концепции мировой революции, подготовки сталинского руководства к превентивной войне против Гитлера. Сегодня, кажется, уже никто не сомневается в наличии у Сталина такого намерения.

Яростные споры идут лишь в отношении возможных её сроков. В России эти подходы оформились, как самостоятельное научное направление и представлены группой, в том числе молодых, учёных…».

И к этим «молодым учёным» вполне можно отнести рассмотренных здесь Мельтюхова, Осокина и многих других…).

Ну и совсем напоследок — выражаю свою признательность и благодарность за помощь в создании моих сочинений полковнику СВР КГБ СССР А. Мартиросяну, который первым и начал несколько лет назад писать о том, что натворили наши генералы «22 июня». А также полковнику ГРУ С. Мильчакову, ст. преподавателю, доценту кафедры артиллерийских приборов Пензенского ВАИУ подполковнику И. Конурову, ст. преподавателю кафедры тактики ПВАИУ подполковнику А. Давидюк. А также моим многочисленным критикам — К. Закорецкому, А. Савину, Д. Егорову и прочим анонимным оппонентам на исторических форумах, где обсуждались эти книги.

Август 2007 г. — 11 июня 2011 г.

Ссылки по теме:

22 июня в показаниях генералов — 1

22 июня в показаниях генералов — 2

22 июня в показаниях генералов — 3

Как Жуков собирался начать войну 22 июня

Запись опубликована в рубрике Козинкин Олег Юрьевич, Прошлое контролируем мы - русские большевики!. Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.