55-летию смерти И.В. Сталина посвящается

Падение последней цитадели исторического троцкизма

(краткая рецензия на 2-е издание книги Марка Солонина «22 июня 1941 года, или когда началась Великая Отечественная Война»)

В 2007 г. вышло второе издание нашумевшей в кругу военных историков книги Марка Солонина «22 июня 1941 года, или когда началась Великая Отечественная Война». По её поводу высказался сам В. Резун («патриарх» постсоветской исторической псевдоразгермитизации) в том смысле, что ему «хочется плакать» по поводу того, что это не он стал героем разгерметизации полной. Так кто ж мешал-то господину «Суворову», масонская дисциплина? Ну, тогда на кого же пенять-то, кроме как на себя самого?

В этом сборнике документов с обширными комментариями автора, Марк Солонин (если это его подлинное имя, а не нечто вроде Суворова-Резуна) предстаёт перед подготовленным читателем либо благонамеренным слугой рос-сионской элиты, действующим в меру собственного непонимания, либо масоном одной из очень высоких степеней посвящения, работающим на втором приоритете обобщенных средств агрессии и выполняющим задачу сокрытия концепции исторического развития Русской цивилизации, посредством максимального оглашения всей имеющейся у него фактологии.

Но и так и так он вынужден оглашать всю правду о войне, так как не ангажированные масонством историки уже начали докапываться до сути вещей сами и это не оставляет ему выбора: ЛИБО РАССТАТЬСЯ С МОНОПОЛИЕЙ НА ФАКТОЛОГИЮ И ПРОИЗВЕСТИ ЧАСТИЧНУЮ РАЗГЕРМЕТИЗАЦИЮ, ЛИБО ЛИШИТЬСЯ МОНОПОЛИИ НА КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ЗНАНИЯ. Прямо скажем: небогатый выбор, так как от хронологического до концептуального приоритета всего один шаг. Но, так или иначе, по воле Наивысшей (Божественной) иерархии управления один из ближайших к надиудейскому мировому правительству слой иудейского масонства сдал последний бастион своей глобальной информационной власти, продолжая, как показывает заключительная часть книги, сражаться до «последнего» информационного «патрона» у стен концептуальной цитадели с упорством обреченного (как и Меттер «держит круговую оборону»). Для обеспечения обороны он использует старые, в прошлом хорошо «работавшие» алгоритмы управления толпой.

Марк Солонин «оглушает» неподготовленного читателя массой достоверных, ранее не входивших в оборот официальной исторической науки фактов, и «под грохот этой канонады» заводит в его подсознание атлантическую экзотерическую концепцию понимания исторического процесса, как поступательного движения в сторону некоего объективного прогресса и демократии. Применяя необоснованно большое количество восклицательных и вопросительных знаков, а также используя натуралистическое описание некоторых вопросов, он старается ввести читателя в состояние эмоционального напряжения.

При этом он ловко идентифицирует себя с бывшим «совком», хлебнувшим «полной чашей» прелести «тоталитарного социализма» («Я тоже родился в СССР»), в связи с чем непосвященному читателю все его умозаключения кажутся предельно достоверными и не вызывающими сомнения как личные переживания очевидца событий. Таким психологическим приемом он «вписывает» легковерного читателя по более высокой иерархии фактологического приоритета в свою концепцию изложения причин поражения в 1941 г. и «властвует» над ним в течение всего времени прочтения книги.

Например, в вопросе о начале ВОВ — главной темы книги по оглашению[1] — М. Солонин не соглашается ни с В. Резуном, ни с «советскими военными историками», хотя сам толком не говорит, было ли нападение Германии на Советский Союз упреждающим или «плановым» ударом, а клочками приводит цитаты из документов о планах руководства армии по поводу возможности развития военных действий на Юго-Западном фронте. Несмотря на последовательность изложения, посредством разбиения частей книги на множество дополнительных глав Марк Солонин способствует формированию у неподготовленного читателя калейдоскопического взгляда на события 1941 года. Связующим звеном здесь служат только авторские комментарии, направляющие сознание последнего в нужное для автора русло.

Бόльший объём (4 части из 5) работы посвящён, казалось бы, добросовестному «раскладыванию» фактологического пасьянса, без каких-либо значимых выводов. Об этом «застенчиво» говорит и М. Солонин в последней части (с. 423). Но, если собрать воедино редкие, рассыпанные в различных — явных и неявных[2] — отступлениях фразы, то получится нечто программирующее следующего содержания: «[Сталин использовал] подлые приёмы», «машина террора и беззакония продолжала захватывать в свои жернова всё новые и новые жертвы», «потери Красной Армии в той позорной сталинской авантюре превысили…», «глупый Сталин», «хвалёный сталинский «порядок»… обернулся беспримерным хаосом, бардаком и анархией» и многое другое (с. 54, 67, 143, 185, 250). Уже отсюда следует вывод: параллельно с достоверными цифрами и датами автор умышленно вводит дезинформацию, подбирая нужную лексическую меру для того, чтобы у читателя на подсознательном уровне политика И.В. Сталина и его сторонников (истинных коммунистов-большевиков) была олицетворением «небывалой, людоедской власти» (с. 425).

Оправдывая повальную сдачу в плен рядовых красноармейцев а, главное, их командиров, на первом этапе войны, М. Солонин, по существу, преподносит Гитлера, как управленца, более честного и человечного, чем Сталин: «Два десятилетия свирепого разрушения всех норм морали и права, всех представлений о чести и достоинстве дали, к несчастью, свои ядовитые плоды. Ни в одной стране, ставшей жертвой гитлеровской агрессии, не было такого массового дезертирства, такого массового сотрудничества с оккупантами (выделено автором), какое явил миру Советский Союз» (с. 396).

Таким образом, Марк Солонин показывает себя достаточно квалифицированным робототехником-программистом. Вопрос только в оценке его благонамеренности. Но и так, и так он — строитель и страж «пирамидальных» отношений в обществе, то есть сторонник и активный проводник библейско-ветхозаветной концепции жизнеустройства.

В силу изложенного — М. Солонин — ярый противник сталинской концепции достижения тысячелетнего «золотого царства человечества» и, не имея смелости огласить сатанинскую альтернативу, он извращает глубинную суть исторических событий в умолчаниях отождествляя сталинизм с троцкизмом. Такая концептуальная подмена позволяет ему огласить совершенно правильный вывод: в поражениях 1941/42 гг. виноват троцкизм-ленинизм и этот вывод опирается на безупречную фактологию. А дальше он незаметно для читателя подменяет фактологию идеологическими штампами, утверждая, что персональную ответственность за это несет продолжатель дела Ленина-Троцкого — И.В. Сталин[3], хотя и не приводит по этому поводу ни одного документально подтвержденного факта.

Напротив, по косвенным свидетельствам приводимых им же документов получается, что Сталин был самым заинтересованным и квалифицированным управленцем периода ВОВ, выгодно отличающимся от героев-разложенцев Гражданской войны типа Кулика или зверей-командиров типа Жукова или Конева (в терминологии самого М. Солонина). Но такой вывод читателя он тут же спешит приправить очередным идеологическим штампом: Сталин холодный и расчётливый прагматик, логикой послереволюционных событий вынужденный быть злодеем для сохранения троцкистско-ленинского режима, но… опять-таки не приводит по этому поводу ни одного исторического факта, кроме чужих и собственных домыслов.

Всю накопившуюся у него злобу во время написания книги (вероятнее всего — злобу, копившуюся в его разъярённом, нечеловечном рассудке несколько десятилетий) в последней пятой части он излагает целыми страницами. Как только ни поливает он грязью «малообразованного[4] сына пьяного сапожника» (с. 478), как только не вызывает он жалость у читателя по поводу того «страха наказания» (с. 478), которым были пронизаны недолюдки в преддверии и в течение ВОВ… Доходит до того, что М. Солонин в эпилоге (с. 491) умышленно вводит в заблуждение читателя своими сомнениями о смерти И.В. Сталина: «К тому моменту, когда Сталин умер — или был отравлен своими товарищами (выделено нами) по Политбюро…»! Получается: Сталин либо умер сам, либо был отравлен своими единомышленниками, но его враги, оказывается, тут совершенно ни при чём! Эта, на первый взгляд — безобидная мелочь, с головой выдаёт замысел автора и позволяет отнести автора книги к сатанинской шайке противников и ненавистников Сталина, а, в конечном счёте и Русской цивилизации. Поэтому читателю ещё раз необходимо задуматься и оценить достоверность и искренность тех умозаключений Марка Солонина, которыми сплетена (от слова «сплетня») вся его книга!

Но и на том спасибо «товарищу-интернационалисту М. Солонину» за его «фундаментальный» вклад в разрушение троцкистско-хрущевских мифов истории ВОВ, основанных на бесстыдных фальсификациях идеологов ЦК КПСС эпохи «кудрявого» социализма. Как говорится, каждый в меру своего понимания…

Рецензия подготовлена Липецкой аналитической
группой концептуальных историков под руководством
доктора исторических наук, профессора А.К. Семёнова.



[1] По умолчанию безусловно главной темой книги является тема Сталина и его деятельности, а целью — показать на примере начала войны «результаты того растления народа и армии, которым двадцать лет занимался сталинский режим» (с. 171).

[2] М. Солонин выстраивает повествование так, что иногда может показаться, что его личные взгляды подтверждены документально и являются Правдой-Истиной…

[3] «Сталин поставил в основание своей власти один только террор… Сталин и большевики надули доверившихся им простаков буквально во всём (выделено автором)» (с. 476, 477) — М. Солонин здесь по контексту якобы снова сравнивает политику А. Гитлера и И.В. Сталина, но на деле — хочет сказать, что «кашу заварили» все: и Ленин, и Троцкий, и сам Сталин. Более того: «Ленина ещё понять можно» (с.476), а «мечта о мировой революции уехала вместе с Троцким» (с. 434). И крайним, то есть самым закоренелым злодеем остался…догадываетесь кто? Правильно — И.В. Сталин! Так пишется историография перьями масонской периферии: сначала формируют вывод за амого читателя, а затем заставляют его глотать эту информационную бурду!

[4] Иосиф Джугашвили практически с отличием окончил Горийское духовное училище, некоторое время учился в Тифлисской духовной семинарии. Те, кто породил миф о его малообразованности (другими словами — некомпетентности), являлись его противниками, верить которым, а тем более повторять данную неправду, — значит быть роботом-попугаем либо заведомым лжецом.

Запись опубликована в рубрике Прошлое контролируем мы - русские большевики!, Семенов Анатолий Константинович с метками , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Комментарии запрещены.