А.Д.Нечволодов: От разорения к достатку

Во Франции обман еще очевиднее: 7 сентября 1873 г. секретным письмом, которое никому, кроме небольшого числа сообщников не было читано, временно исполняющий должность министра финансов Деселиньи — прекратил свободную чеканку серебра для частных лиц, а затем ушел вовсе из министерства финансов, пробыв в нем всего месяц.

Такое проведение во Франции реформы о золотой валюте, и побудило известного французского финансиста Альфонса Аллара назвать этот закон: «le crime monetaire de 1873».

Даже в России, где и мысли, казалось бы, не могло быть о том, чтобы финансовой политикой страны руководили какие-либо другие интересы, кроме интересов государства, золотая валюта была проведена совершенно своеобразным порядком, путем испрошения в Беловеже, где в это время ГОСУДАРЬ был на охоте, 29 августа 1897 года, Именного Указа Министру Финансов о реформе, без предварительного рассмотрения в Государственном Совете, несмотря на то, что в Указе тому же Министру Финансов, от 4 января того же 1897 года, прямо было сказано:

«Для устранения некоторых силою обстоятельств и времени возникших недостатков денежного обращения Империи, МЫ повелеваем вам внести на рассмотрение Государственного Совета, выработанные в Особом Комитете предложения об установлении новых, соответствующих изменившимся условиям, оснований нашей монетной системы и правил выпуска государственных кредитных билетов. По своей важности и сложности, дело это может еще потребовать продолжительного обсуждения».

Таким образом, реформа был а у нас проведена вопреки прямому повелению Указа 4 января 1897 года, без рассмотрения ее в Государственном Совете.

В Государственный же Совет, после введения реформы, в апреле 1899 года, быд представлен на утверждение проект монетного устава, такого же характера по содержанию, как и «Munzgesetz» 1873 года, т.е. о весе монет, изображений на них, правил чеканки и прочее.

В «масонском протоколе № 23», между прочим, говорится: «Вы знаете, что золотая валюта была гибелью для принявших ее государств, именно потому, что она сократила количество денег в обращении, тем белее, что золотое обращение введенное тоже, дало нам возможность выбрать золото и еще сократить это обращение денег… Гоевские правители (которых мы когда-то посоветовали отвлечь от государственных интересов и занятий — приемами, этикетами, увеселениями) — были лишь ширмами нашего правления, потому что доклады и отчеты окружающих их временщиков составлялись под внушением наших агентов и каждый раз удовлетворяли недальновидные умы обещаниями, что де в будущем предвидятся сбережения. «С чего сбережения — с налогов?» — могли спросить и не спросили гои, читающие отчеты и проекты. Вы видите, до чего их довела такая беспечность, до какого финансового расстройства они дошли, несмотря на удивительное трудолюбие их народов».

Все вышеизложенное достаточно выясняет суть дела.

Цель масонства ясна: создать всемирное царство главарей капитала на развалинах современных государств, причем бессознательными каменщиками, разрушающими свой государственный строй, а вместе с ним свою свободу, силу, здоровье и нравственность, являются сами же народы, в следствие существующей пагубной для них денежной системы, сущность которой затемняется целой армией гнусных мошенников из подкупленных государственных людей, проводимых масонами подкупом же к заведованию государственным хозяйством, и из ученых масонов, проповедывающих на строго научных началах неизбежность разрушения современного строя, чтобы вновь создать его для его же осуществления всемирного счастья и братства.

По-видимому, масоны уже окончательно распяли человечество на золотом кресте и настолько крепко, что никакая сила не может снять его с него, если не будет изменена ложная идея, положенная в современное понятие о деньгах.

Установим прежде всего некоторые положения:

а) золото в деньгах, само по себе, никакой реальной ценности не имеет, так как не имеет никакого практического применения, а служит лишь знаком обмена всех остальных реальных ценностей для человека: земли, хлеба, угля, предметов роскоши и проч.;

б) по общепринятому ходячему понятию, ценность золота неизменна, вследствие его неизменяемости от времени и незначительности ежегодного прироста из земли; на это золото, изменяема и зависит от спроса и предложения. Последнему учит отец всей современной политической экономии Адам Смит и этому положению все поверили. С конца XVIII века книга его «О богатстве народов» послужила краеугольным камнем экономической политики всех цивилизованных наций и в результате привела, к концу XIX века, — к почти полному переходу этих богатств из рук народов в руки торговцев золотом.

Создатель же современного социализма Карл Маркс, строя всю свою теорию на строго научных началах, доказал также строго научным способом — неизменную ценность золота.

«Деньги, как мера стоимости, говорит Карл Маркс, есть необходимая форма проявления внутренней) меры стоимости товаров — рабочего времени» «Цена есть денежное название рабочего времени, осуществленного в товаре». «Вследствие того», продолжает он, «что товары выражают в золоте свою относительную стоимость, золото относительно их играет роль меры стоимостей (всеобщего эквивалента); поэтому, по формуле Карла Маркса

20 аршин холста1 сюртук10 фунтов чаю } = 2 унциям золота.

Т. Е. Предполагая, что для производства 20 аршин холста, 1 сюртука и 10 фунтов чая надо по 40 часов рабочего времени, для добычи двух унций золота требуется тоже 40 часов рабочего времени[1].

Это научное доказательство неизменной стоимости золота, основанное на количестве рабочих часов, необходимых для его извлечения из недр земли, заключает в себе величайшее недоразумение, на котором построено однако все учение Маркса о капитале, вся неизбежность выводов научного социализма, а также все без исключения современные теории политической экономии и социального устройства, причем, нигде не разбирается вопрос об истинном значении современных денег, т.е. золота, а потому их конечные выводы и невозможны для осуществления на практике.

Недоразумение заключается в следующем:

1. Именно ценность золота не может определяться количеством рабочих часов, истраченных для его добычи, так как условия ее совершенно различны: они всецело зависят от процента содержания руды в земле, колеблющегося от 2 долей до нескольких золотников на сто пудов земли, от орудий промывки, от времени потребного чтобы добраться до рудника из мест постоянного жительства, и прочее. Наконец, случается, что золото находят в виде жил или целыми самородками. Так что даже по одному этому, определять стоимость золота, в зависимости от количества рабочих часов, потраченных на его разработку — явно нелепо.

2. Главное же недоразумение заключается в следующем: допустив даже, несмотря на явную нелепость, что при извлечении золота из недр земли затрачивается в среднем на каждые две унции — 40 рабочих часов, мы все таки отнюдь не можем его считать эквивалентом, для определения стоимости продуктов человеческого труда, и вот почему:

Золото, добытое из недр земли остается на веки неизменным, а все продукты человеческого труда подвержены изменению и уничтожению, начиная от свежевыпеченного хлеба и кончая египетскими пирамидами. Поэтому, если 2 унции золота и приняты, в каждый момент при обмене, равными по стоимости товару, на производство которого потрачено 40 рабочих часов, то громадная разница в положении потребителя товара и хозяина золота. Потребитель товара для того, чтобы вновь получить такое же количество его, должен истратить 40 рабочих часов на производство какого либо труда, обменять это производство на 2 унции золота и купить на него известное количество нужного ему товара, а затем потребить его, опять же приняться за работу и т.д. Хозяева же золота не работают; они только отдают его взаймы для производства операции обмена, а затем получают его обратно, но уже с процентом в золоте же, купленных ценою человеческого труда, и так при каждом обороте (т.е. попросту, паразитируют на труде других людей — прим .ред.).

Поэтому, каждые две унции заключают в себе не 40 часов, а миллиарды их, причем в виду того, что количество золота крайне мало, сравнительно с потребностями для человечества в знаках для обмена, стоимость его обладания, хотя бы на самое короткое время нужное для обмена, все возрастает, но не прямым путем его вздорожания, а скрытым, выражающимся в понижении стоимости товара, т.е. человеческого труда[2].

Вот истинная, чисто магическая ценность золота: в нем, благодаря его неизменяемости, незаметно сосредотачивается весь труд и капитал человечества, временно пользующегося им, лишь с целью обмена своих произведений труда.

Это, разумеется, отлично понимал Карл Маркс, как еврей.

Но ему, конечно, невыгодно было объяснить тайную силу, заключающуюся в золоте, непосвященным, а потому он и дал научное определение его стоимости в рабочих часах, «как необходимой формы проявления внутренней (имманентной) меры стоимости товаров — рабочего времени». (Но это же, отлично понимал и лидер русского большевизма И.В. Сталин, который в своём политическом завещании «Экономические проблемы социализма в СССР» — прямо потребовал отказаться от основных понятий политэкономии К. Маркса: «… я думаю, что необходимо откинуть и некоторые другие понятия, взятые из «Капитала» Маркса, где Маркс занимался анализом капитализма, и искусственно приклеиваемые к нашим социалистическим отношениям. Я имею в виду, между прочим, такие понятия, как «необходимый» и «прибавочный» продукт, «необходимое» и «прибавочное» время». Очевидно, что без этих, краеугольных для марксистской политэкономии понятий, вся эта лженаука, лжеполитэкономия — рушится как карточный домик». Сталин, в своём политическом завещании «Экономические проблемы социализма в СССР» — полностью подтвердил выводы А.Д. Нечволодова и более того, нацелил общество не только на отказ от марксизма, но и на разработку качественно новой экономической теории:

«Я думаю, что наши экономисты должны покончить с этим несоответствием между старыми понятиями и новым положением вещей в нашей социалистической стране, заменив старые понятия новыми, соответствующими новому положению.

Мы могли терпеть это несоответствие до известного времени, но теперь пришло время, когда мы должны, наконец, ликвидировать это несоответствие» Яснее не скажешь! — прим. ред.)

Исходя из этого «якобы научного» основания, он создал потом, путем строго логического построения и всю теорию, так называемого научного же социализма.

Если выяснить это недоразумение в понятии неизменности ценности денег, т.е. золота, поставленным Адамом Смитом и Карлом Марксом — в основании их учений, то конечно все современные теории политической экономии, неизбежно приводящие к социалистическим принципам, совершенно не применимы к жизни, сейчас же рухнут, и человечество может пойти по новым путям, имея впереди самые светлые, и притом достижимые идеалы, — простым изменением своих понятий о деньгах.

В понятии этом необходимо поставить положение прямо противоположное, поставленному Адамом Смитом и Карлом Марксом, а именно: ценность золота постоянно изменяется, так как на одно и тоже количества золота, возможно приобрести в разное время и при разных условиях — разное количество одного и того же товара, который представляет из себя всегда одинаковую реальную ценность для человечества.

Так: — всегда пуд ржи даст определенное количества хлеба, какие бы цены не стояли на этом хлебе; 4 гарнца овса всегда достаточны, чтобы лошадь в течение суток была сыта, как бы не был дорог или дешев овес; точно также, сажень березовых дров даст для данной печи всегда определенное количество топок, как бы дорого она не стоила.


[1] Маркс. Капитал I, стр. 38-118.

[2] Мировое производство зерновых продуктов, взятое вместе, не указывает за последние годы ни на какое абсолютное увеличение; напротив, оно уменьшается сравнительно с числом населения. Также издержки производства не уменьшились ни в Соединенных Штатах, ни в Европе; с 1885 г. и фрахты в Соединенных Штатах остались без изменения, и тем не менее хлебные цены падают». Парвус. Мировой рынок и сельскохозяйственный кризис. Стр. 34.

Запись опубликована в рубрике Экономика с метками , , , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

Один комментарий: А.Д.Нечволодов: От разорения к достатку